13 июля 2017 г.
Андрей Ковальчук: «Художник должен не только писать, но и мыслить»
  • img

На Всероссийском молодежном образовательном форуме «Таврида» продолжаются споры между традиционной школой искусства и актуальной, или, как её еще называют мэтры академического направления, «другим искусством». Разрешить этот спор мы попросили в интервью Андрея Ковальчука, Первого секретаря и Председателя правления Союза художников РФ, Народного художника России, скульптора.

 — В споре академической школы искусства и актуального есть победитель?

— Думаю, что нет. Это данность нашего времени. Моя позиция ближе к традиции, потому что я сам художник наследия современного классического искусства. Но несмотря на это, в каждой своей работе я пытаюсь найти те вещи, которые станут для современного зрителя острыми и близкими. Я в этом вижу «осовременивание» классической культуры. В этом есть глубокий смысл. Пока классическое искусство живо, оно будет фундаментом развития и других направлений.

— Каково соотношение сегодня традиционного искусства и актуального?

— На Западе соотношение современного классического искусства и актуального может достигать цифр 20 на 80. В России наоборот. Это связано и с нашей историей, и с нашим менталитетом. Постепенно увеличивается количество школ, которые обучают именно актуальному направлению. В Москве существует Винзавод, Гараж, где выставляются художники «другого» искусства. Правда, в этом наблюдается некое ущемление прав тех людей, которые пропагандируют классическое направление. На Западе та же история.

Считаю, что путь Китая — это путь, который будет достаточно результативен не только в экономике, но в культуре и искусстве. Они поддерживают традиционные направления в искусстве. Они создают большое количество вузов, приглашают наших педагогов, привозят в Россию очень много студентов. Если мы говорим о российском художественном классическом образовании, то наша система уникальна. Мы – вне конкуренции. Наша школа создает условия для рождения высоких профессионалов. Но Китай параллельно организует обучение и в западных школах, где развиваются актуальные школы. Есть ещё и традиционная китайская школа. За счет поддержки государства и меценатов все это соединяется, что даёт хороший результат.

— Сегодня все чаще говорят о возвращении образовательных функций Российской академии художеств. Если это произойдет, в какой форме будет осуществлено взаимодействие между академией и университетами?

— Я считаю, что это абсолютно правильно. Я сам член Президиума российской академии художеств. Я считаю, что академия, как самый мощный художественный институт, не должна быть уведена от кураторства нашими ведущими вузами. Хотя формально она не имеет полномочий, но почти все преподаватели связаны с академией. Это первое. А, во-вторых, нужно совместить два направления: и актуальное, и классическое. Ведь мир меняется. И здесь есть над чем подумать. Необходимы курсы, какие-то уроки, чтобы художник думал не только от том, как рисовать, лепить или писать, но мог мыслить, философствовать, пусть даже доморощенно. Однако, это придаст больший зрительский интерес к его творчеству.

— Как скульпторы сегодня реагируют на происходящую действительность? Какова должна быть дистанция между искусством и реальностью. И, вообще, она должна быть?

— Я считаю, что каждый художник находит свою дистанцию. Кто-то абсолютно асоциален и аполитичен, его мало что интересует, ему интересна живопись, например. Ему интересно лепить, делать что-то из камня или дерева. Но современный мир составляет художника. Он должен реагировать на вызовы времени. Те, кто достигли сегодня каких-то результатов — это все люди, которые сами по себе и художники, и кураторы, т.е. менеджеры своего творчества.

— Вы уже не первый год приезжаете на «Тавриду». Какие задачи в этом году Вы ставили перед собой?  

— Я возглавляю Союз художников, поэтому вижу молодежное искусство всей России. Конечно, основная концентрация в Санкт-Петербурге и Москве. Отдельные художники «рождаются» в провинции, но это благодаря упорству и таланту молодого автора.  Думаю, что нахождение в кругу интересных художников, где возникают споры, дискуссии, возникает передача опыта через создание произведений, выставки, стимулирует молодого автора. Здесь происходит обучение. Когда же человек сидит один, в «пустом» пространстве, где нет мастеров, он ослабевает, так как нет должной творческой подпитки. Это, как в спорте: если ты играешь только со слабыми соперниками, ты никогда не добьешься успеха. Если же хочешь добиться результата, то должен конкурировать с лучшими. Сегодня ты должен быть и менеджером, и продюсером своего творчества. Если ты хочешь найти какого-то куратора, то нужного результата не будет, будет скорее порабощение.